Петербургский Фонд капитального ремонта давно вышел за рамки «проблемной» структуры. Это система, которая годами демонстрирует, что не справляется с базовыми обязанностями: не ремонтирует дома вовремя, меняет планы по ходу года и при этом отчитывается о «почти стопроцентном выполнении».
Как напоминает портал «Сенсаций.Нет», с 2014 года петербуржцы заплатили на капремонт свыше 43 миллиардов рублей, а реализовано оказалось примерно 23% первоначальной программы. Остальное зависло в отчётах и обещаниях: недоделанные объекты, переносы сроков, опасные конструкции и параллельно — идея повысить обязательные платежи для всех собственников в 12 раз.
Один из самых наглядных примеров — дом на Садовой улице, 60, в самом центре города, рядом с Никольским собором и Сенной площадью. На бумаге всё красиво: в карточке дома на сайте ФКР сказано, что проектная документация подготовлена, работы стартовали в 2025 году, подрядчик определён, стоимость — свыше 50 миллионов рублей. В подъездах висят объявления: окончание ремонта к 31 января 2026 года.
А в реальности? Если посмотреть на дом со стороны Никольского собора, видно, что крыши как таковой нет: старая кровля частично демонтирована, людей от непогоды защищает только временный настил. Листы жести, которые должны стать новой крышей, сложены во дворе, на самой кровле — страховочные конструкции, следы остановленных работ. Жильцы рассказывают, что строителей почти не видно, иногда по утрам приходит прораб, фиксирует «невозможность продолжить работы из‑за погоды» — и всё. Зима уже началась, дом фактически «зимует» под временной плёнкой. Люди боятся, что в сильный снег и морозы эта конструкция просто не выдержит.
История Садовой 60 — не исключение, а скорее правило. По данным Контрольно‑счётной палаты Петербурга, по 25‑летней программе капремонта накопилось уже 21 тысяча невыполненных видов работ в 12,4 тысячи домов. Из них около 20,7 тысячи так ни разу и не попали в годовые планы, хотя формально числятся в программе. Ещё около 240 адресов включали в планы, а затем выбрасывали обратно, как будто передумывали по ходу года. Особенно тревожная цифра — 467 домов с признаками аварийности, которые так и не дождались ремонта. Часть объектов должны были привести в порядок ещё в 2015–2018 годах, но за прошедшие годы ничего не изменилось.
Отчётность фонда устроена так, что на бумаге он выглядит почти образцовым. В начале года утверждают масштабный план — большой, «красивый», с тысячами адресов. Затем план постепенно режут: минус 4%, минус 10%, иногда минус 18% от пиковых значений. Так, в 2022 году из краткосрочной программы «ушло» 310 домов, в 2024-м — 179. В течение года объёмы сжимаются, но в конце ФКР гордо докладывает: план выполнен на 92%, 96%, 99%. Просто считается он уже от урезанной базы.
Параллельно значительная часть работ переносится «на потом»: каждый год от 6 до 16% объектов уезжают в следующий период. Особенно часто откладывают фасады — до трети всех запланированных работ, а также аварийные конструкции, где переносы достигают половины объёмов. Отдельная история — газоснабжение. В 2022 году фонд просто отменил все 12 запланированных работ по газовым системам, то есть 100% переноса. Речь идёт о безопасности людей, но даже такие проекты уходят в долгий ящик.
В ноябре 2024 года в ФКР появился новый руководитель — Леонид Вишневский. Для многих это выглядело как шанс на перезагрузку: человек не со стороны, прошёл путь от рядового инженера до замдиректора по строительному контролю, хорошо знает внутреннюю кухню фонда. Однако его назначение совпало с громким уголовным делом: буквально накануне задержали инженера одного из отделов строительного контроля ФКР. По версии следствия, он получил 180 тысяч рублей за подписание актов приёмки работ, которые либо не были выполнены, либо сделаны с нарушениями. Скандал, расследование, смена руководства — казалось бы, идеальный момент всё изменить.
Но спустя почти год системного разворота не видно. Проблемы, накопленные за предыдущие годы, никуда не делись, а некоторые показатели только ухудшаются.
Один из тревожных сигналов — рост задолженности по взносам на капремонт. Формально фонд отчитывается о собираемости на уровне 99,6%. На практике долг жителей всё равно растёт: с 5,3 миллиарда рублей в начале 2024 года до 5,5 миллиарда к осени. Причём 3,6 миллиарда из этой суммы — старые долги 2016–2018 годов. Часть людей, по словам экспертов, просто перестала платить, потому что не видит реального ремонта. Есть и те, кто оказался должником из‑за ошибок в начислениях или технических сбоев — их включили в базу как неплательщиков, хотя по факту ситуация не столь однозначна.
Со сменой директора изменилась и конфигурация подрядчиков. Крупнейшая компания «ПСК‑Реставрация», которая годами выигрывала десятки конкурсов, внезапно исчезла с торгов. Зато на первый план вышли новые игроки. Например, фирма «Альтернатива», которая в 2023 году показала нулевую выручку и убыток, но после прохождения квалификационного отбора в конце 2024 года сразу получила доступ к крупным контрактам. Компания «БТС» несколько лет не участвовала в госзаказах, провалила отбор в Жилкоме, однако в январе 2025-го получила два серьёзных контракта на ремонт фасадов. «РСГ» молчала с конца 2023 года, а затем в 2025-м получила два контракта по 100 миллионов рублей на ремонт крыш.
Наблюдатели отмечают повторяющийся сценарий: меняется руководство фонда — меняется круг приближённых подрядчиков. Старые игроки уходят на второй план, новые получают жирные подряды. На фоне давнего уголовного дела о взятках за «липовые» акты приёмки выглядит это, мягко говоря, тревожно.
На этом фоне фонд выходит с предложением, которое вызывает шок у многих горожан: увеличить взнос на капремонт в 12 раз — с нынешних 12–14 рублей за квадратный метр до 180 рублей. Для семьи в трёхкомнатной квартире это скачок с примерно 600 рублей в месяц до 7,2 тысячи. Аргумент — якобы дефицит финансирования в размере 240 миллиардов рублей по программе до 2038 года.
Но цифры здесь вызывают вопросы. ФКР сам сообщает, что ежегодно собирает более 20 миллиардов рублей при высокой собираемости, а общий объём задолженности — около 5 миллиардов. Если денег так много, откуда тогда берётся колоссальный дефицит? Ответ напрашивается сам собой: проблема не только и не столько в ставке взноса, сколько в управлении этими средствами, постоянных ошибках, переделках, затянувшихся стройках и тех самых переносах.
Контрольно‑счётная палата в своих проверках зафиксировала серьёзные претензии к фонду. За несколько лет ФКР так и не стал разрывать 137 договоров с 43 подрядчиками, хотя формальные основания были. В результате бюджет недополучил более 400 миллионов рублей.
Прокуратура добавляет к этому ещё один штрих: в документах фонда обнаружены поддельные протоколы общих собраний собственников. На основании этих фиктивных решений ремонт на ряде объектов переносили на более поздние сроки. Ущерб оценивается почти в миллиард рублей. В официальных формулировках говорится о признаках систематического нарушения законодательства со стороны должностных лиц фонда.
В сухом остатке — простая и крайне неприятная арифметика. Жители Петербурга заплатили за капремонт десятки миллиардов рублей. Программа выполнена примерно на треть. Около 20 тысяч домов всё ещё ждут своей очереди. Садовая 60, где зима застала людей с временной крышей, — лишь один из множества адресов, оказавшихся в подвешенном состоянии.
Теперь тем же самым жителям предлагают платить в разы больше, обещая, что «на этот раз всё получится». Но пока реальные факты, проверки и уголовные дела говорят об обратном: система продолжает работать по старым схемам, просто с новыми фамилиями в руководстве и среди подрядчиков.
☆∘☆∘☆